М.СААКАШВИЛИ: Дело в том, что мы максимально, что могли сделать, мы смогли сделать. Мы делали со своей стороны в тех условиях, о которых мы говорим, делали максимально для того, чтобы были прозрачны с нашей стороны все действия. У нас в стране присутствуют и наблюдатели Евросоюза, которые контролируют каждое передвижение любых вооруженных формирований, а формирования - у нас, конечно, только вооруженные силы и специальные отряды полиции по территории Грузии близко к российским позициям. Мы не раз высказывали готовность начать переговоры по существенным вопросам с российской стороной без всяких предварительных условий и без всяких, там, каких-то заранее предусмотренных установок. И, конечно, это предложение остается в силе. Все, что касается того, чтобы грузинская сторона отказывалась разговаривать с Россией, что, конечно, и так логично, но и на официальном уровне с позиции угрозы силы - это мы и в дальнейшем будем развивать. Мы намерены в ближайшие недели в этом отношении новые шаги предпринять, чтобы как-то более официально оформить позицию того, что мы не собираемся по отношению к российской оккупации применять те линии, которые они сейчас заняли, вооруженную силу и оказалось какие-то предпринимать или планировать какие-то вооруженные действия. Все это, конечно, минимум, если кто-то уж всерьез говорит в России про возможность грузинского нападения на незаконное присутствие российских оккупантов, по крайней мере, их успокоит. Те, кто используют эту мнимую грузинскую угрозу для оправдания своих следующих действий, у них, как бы, сократит возможность маневра