Четвертый год Лукашенко прошел под знаком утраты международного авторитета. Собственно, на Александра Григорьевича давно косо смотрели из-за рубежа — еще с памятной фразы о хорошем отношении к Гитлеру. Антиконституционный разгон собственного Верховного Совета и изгнание Сороса из страны заставили европейских соседей еще больше напрячься. И не зря. Утро Старого Нового года-1998 Лукашенко встретил заявлением о том, что иностранные спецслужбы готовят против него заговор. На его отстранение от власти якобы выделено аж 32 миллиона долларов.
* * Впрочем, опасения за собственную жизнь не помешали президенту Белоруссии прибыть во главе олимпийской сборной в Японию. Где его никто не ждал. Но глава Белоруссии не забивал себе голову официальными приглашениями. В Нагано мировая пресса могла лично любоваться “таинственным и зловещим” белорусским президентом, который дал немало поводов для пересудов. То вотрется в VIP-ложу в тренировочном костюме, то устроит лыжный забег по частному рисовому полю, выкрикивая: “А у нас в Белоруссии нет частной собственности!” В своеобразном отношении Лукашенко к собственности смогли на собственном опыте убедиться иностранные послы, которых Александр Григорьевич по приезде из Японии решил выселить из резиденции “Дрозды”. Разразился скандал: послы начали покидать страну, а президент — возмущаться и обвинять иностранные государства в блокаде Белоруссии.
* * Финалом взаимоотношений стало выступление Лукашенко в Женеве на Парламентской ассамблее Совета Европы. Президент обвинил мировое сообщество в создании “тоталитарной системы похлеще сталинской”, хлопнул дверью и ушел с заседания. По ходу дела Лукашенко зацепил и “союзницу” Москву: мол, тех, кто из танков по Белому дому стреляет, из Совета Европы не исключают... После этого демарша глава Белоруссии стал фактически персоной нон грата за рубежом.
* * “Уладив” таким образом раз и навсегда свои отношения с Западом, Лукашенко смог наконец заняться внутренними проблемами. В стране готовилась битва за урожай. Личным указом президент повелел повысить урожайность на 5%; курировать “всхожесть” было поручено министрам и сотрудникам аппарата президента — за каждым был закреплен свой район. На сбор урожая был отправлен десант из журналистов государственных СМИ и сотрудников МВД. Кроме того, Лукашенко возродил в вузах обязательное распределение, причем выпускников стали направлять в “чернобыльские” районы: никто иной там работать не желал.