Указ № 361
Он вошел в кабинет. Зеленый ковер... Зеленое покрытие стола. Когда-то, вернее, осенью 2001 года, Президент сам ему сказал:
— В кабинете все меняй... Меняй как хочешь. В средствах не ограничиваю.
Да, он любит зеленый цвет. Он мусульманин и не скрывает этого. Позвал начальника матснабжения Ткачева и сказал:
— Сделаешь вот так! — даже сам нарисовал.
Потом, когда привезли мебель, пришел Лукашенко, сказал — нормальный кабинет, но очень зеленый... Хотя и у нас во флаге много зеленого.
Он знает, что в этом кабинете — пришелец, человек временный, собственно, как и все обитатели этого дома. Но он более временный, чем все остальные. Придется уезжать. Он не знает куда и когда. Недавно пришел к Президенту, сказал:
— Я бы уехал...
Лукашенко глянул на него, глаза его сузились.
— Это в каком смысле?
— Ну, скажем, послом...
— Середич и так навалял, что в Америку чешешь. А мне куда уезжать... И что за причины у тебя?
— Не получается многое. Состыковок мало. Делаем одно, а потом на ровном месте проваливаемся.
— Ты Москву в виду имеешь?
— И это тоже. Я помогаю как могу, а потом все превращается в пыль.
Он вспомнил последнюю встречу с женой. Не на московской квартире. В городе. В кафе. Ребята подослали машину. Он едва оторвался от двоих человек, ехавших в соседнем «СВ», пролетел мимо машины посла в России Григорьева, вскочил в «мерседес», присланный ребятами из Ясенево.
— Куда, Урал Рамдракович?
Он назвал адрес. Набрал номер телефона.
— Владимир Викторович?
В ответ взволнованный голос посла:
— Вы где, Урал Рамдракович?
— Не заметил вашу машину... Москва знаете ли... Через часа два буду в посольстве. Сейчас на Старую площадь. Друзья подстраховали, встретили.