Так что если человеку поставлено только два выбора:
держаться церковного православия или магометанства, то
для всякого разумного человека не может быть сомнения в
выборе, и всякий предпочтет магометанство с признанием
одного догмата – Единого Бога и Его Пророка – вместо того
сложного и непонятного богословия – Троицы, искупления *таинств, Богородицы, святых и их изображений и сложных бо-
гослужений. Оно и не могло быть иначе, т.е. не могло не быть
того, что магометанство, по отсутствию многих суеверий, за-
темняющих сущность учения и вошедших в церковную веру,
не стояло бы выше этой церковной веры по одному тому, что
магометанство возникло на 600 лет позднее христианства